Антикварные книги. Купить редкую старинную книгу


"Краткая история о городе Архангельском"
В.Крестинин
С.-Петербург, При Императорской Академии Наук, 1792 г.

В цельнокожаном переплете эпохи. VIII, [2], 264 с., формат: 20,5x13 см.

Первое историческое исследование о городе Архангельске. Редкость.

Василий Васильевич Крестинин (1729-1795). историк, краевед, член-корреспондент Петербургской АН, основатель первого научно-исторического общества в России.

"Сводный каталог русской книги гражданской печати XVIII века" № 3303,
Битовт Ю. «Редкие русские книги и летучие издания 18-го века». Москва, 1905, № 3114,
Сопиков «Опыт российской библиографии» 1904-1906 №4761.


Василий Васильевич Крестинин (1729—1795) — выдающийся историк и этнограф Беломорья, труды которого еще не вполне оценены. А ведь книги Крестинина — в том числе и «Краткая история о городе Архангельском» — могут послужить источником ценных сведений для всех, кто интересуется прошлым Русского Севера. Эрудиция, литературный дар и сознание своей ответственности как историка — все это позволяет назвать Крестинина настоящим ученым XVIII века, а не просто талантливым энтузиастом-самоучкой.

Сын архангельского купца, Крестинин всю жизнь прожил в родном городе, работая в городском магистрате (вначале архивариусом и секретарем) и занимая различные выборные должности. Тем не менее имя его было хорошо известно в научных кругах Санкт-Петербурга. С юных лет он посвятил себя изучению истории и этнографии Двинской земли. В 1759 г. он вместе с Александром Ивановичем Фоминым (тоже купеческим сыном и замечательной личностью) основал в Архангельске «Общество для исторических исследований». Члены этого Общества («клевреты», как они сами себя называли) стремились «списывать и собирать всякого рода древние исторические доказательства, которые служить могут дополнением Российской всеобщей и быть основанием особливой о здешней стране и городе истории». Многие из найденных ими рукописей были переданы в Академию наук и впоследствии опубликованы. Особенно ценными для отечественной науки оказались находки Двинского летописца, церковных Уставов князей Владимира и Ярослава Мудрого, а также одного из списков Русской Правды.

Связь с Академией наук Крестинин и Фомин установили благодаря знакомству с известными учеными И. И. Лепехиным и Н. Я. Озерецковским, которые в 1771—1772 гг. путешествовали по Русскому Северу. Именно эти ученые всячески содействовали публикациям памятников, найденных Крестининым и Фоминым. Часть этих памятников была напечатана в «Древней Российской Вивлиофике».

Работа Крестинина по отысканию старинных рукописей продолжалась долгие годы. Как он пишет, «всё, что чрез дружественное обхождение получить возможно казалось, собрано было прилежно, не щадя в потребном случае расходов». Но искать приходилось только в частных хранилищах, — «здешние архивы, как лучшее сокровище сих древностей, были нам неприступны». Местные власти во главе с губернатором считали любознательность «клевретов» дерзким вольнодумством. «Тогдашний архангельский губернатор Головцын на подобное вольнодумство взглянул так сурово, что отбил всякую охоту у учредителей Общества проникнуть в архивные тайники» (Огородников С. Ф. Александр Иванович Фомин: по неизданным материалам // Известия Архангельского общества изучения Русского севера. 1910. № 3).

Около 1780 г. Крестинин прислал в Академию первый свой труд, появившийся в печати, — «Исторические начатки о двинском народе древних, средних и новых времен» (СПб., 1784). Затем вышли следующие работы Крестинина: «Исторический опыт о сельском старинном домостроительстве двинского народа на Севере» (СПб., 1785); «Начертание истории города Холмогор» (СПб., 1790); «Краткая история о городе Архангельском» (СПб., 1792); «Исторический опыт о внешней торговле государя императора Петра Великого от 1693 по 1719 гг.» (помещенный в «Месяцеслове» за 1795 г.). Кроме того, Крестинин опубликовал целый ряд статей, посвященных аборигенам Русского Севера — самоедам (ненцам). Среди этих статей — «Краткое географическое известие о земле Самоедской и о состоянии самоедов, обитающих в Архангельском наместничестве»; «Рассуждение о начале и происхождении самоедов»; «Вопросы и ответы о вере самоедской»; «Вопросы и ответы о состоянии земли, обитаемой самоедами, и их промыслы». Эти и другие статьи Крестинина были напечатаны в «Новых ежемесячных сочинениях» за 1786—1792 гг.

Ему принадлежат также описания Новой Земли и острова Колгуева, две историко-педагогические заметки: «Историческое известие о нравственном воспитании детей у двинских жителей» и «Об употреблении над детьми мужского пола власти родительской и учительской по старинному воспитанию двинского народа». (Кстати сказать, Крестинин живо интересовался педагогикой, был попечителем народных училищ и воспитательного дома в Архангельске, подготовил проекты об учреждении гимназии и о совместном обучении детей различных сословий.) По свидетельству митрополита Евгения, Крестинин сочинил также поэму о Минине и Пожарском, рукопись которой хранилась в его семье (эта поэма, вероятно, не сохранилась). За свои неутомимые и плодотворные исследования Крестинин был избран сначала членом-корреспондентом, а затем и почетным членом Академии наук. В отличие от А. И. Фомина, Крестинин не был богат, поэтому Академия присылала ему небольшие денежные пособия, а с 1791 г. — пенсию, 200 руб. ежегодно.

«Краткая история о городе Архангельском» — главный исторический труд Крестинина. Книга охватывает период от «начала» города, т. е. от 1584 г. до 1780 г. Вероятно, Крестинин думал продолжить свою книгу, потому что в 1790 г. он прислал в Академию «Чертеж ежегодных исторических записок, служащих основанием к продолжению истории города Архангельского». К сожалению, смерть (в 1795 г.) помешала ему осуществить эти планы.

Книга состоит из «Предуведомления», основной части и «Прибавления». В «Предуведомлении» изложены причины, побудившие автора написать эту книгу, указаны источники, которыми он пользовался, и принципы, которыми он руководствовался в своей работе. Основная часть написана в форме катехизиса: она состоит из 95 вопросов и ответов, разъясняющих самые существенные, по мнению Крестинина, события Архангелогородской истории. «Прибавление» включает в себя Краткую хронологическую роспись главных событий с 1584 по 1780 гг.; Поименный список градоначальников Архангелогородского посада (с характеристикой некоторых из них); и подборку архивных документов — грамот, доношений и челобитных XVII—XVIII вв.

Крестинин хорошо владеет литературным языком того времени; язык этот достаточно живой, близкий к разговорной речи; он не перегружен ни канцеляризмами, ни напыщенной риторикой. Автор стремится быть объективным и достоверным, но принимает описываемые события близко к сердцу, и в этом мы видим особую ценность книги. Не так уж много найдется историков, которые, подобно Крестинину, буквально «живут» своим материалом. Оно и понятно: ведь сам Крестинин, его друзья и знакомые являются персонажами этой Истории, значительная часть которой написана по горячим следам. Однако дело не только в этом. Крестинин — плоть от плоти своего города, он чувствует себя законным наследником его прошлого и ответственным делателем его будущего.

В «Предуведомлении» к книге Крестинин пишет: «Город Архангельский почтен быть должен, или действительно почитается житницею и сокровищницею Российского Севера в Европе, за множество торгов, стекающихся в нем ежегодно из чужестранных государств и из внутренних областей российских […] Но признаться в том надлежит, что мы не токмо полныя, но ниже частныя истории о сем городе не имеем». Между тем, продолжает Крестинин, многие события прошлого «истребляются уже забвением в памяти большия части моих сограждан». Это, как он признается, и явилось причиной, побудившей его к написанию книги. Он приводит изречение Цицерона: «Nescire quid antea, quam natus fis, accident, id est semper esse puerum» («Не знающий того, что происходило до его рождения, всю свою жизнь остается младенцем»).

«Должность историка, истину и искренность наблюдающего в своем деле», обязывает Крестинина опираться на достоверные источники — «частию на письменные свидетельства и частию на несумнительные сказания исправных свидетелей». Среди этих источников особенно важны «старинные свитки и записки», которые Крестинин самолично добывал (многие из них помещены в «Прибавлении» к книге). Устные сведения он приобретал, опрашивая местных старожилов или «собственными опытами» (работая в органах самоуправления и занимая выборные должности).

Он считает своим долгом писать без гнева и пристрастия, без человекоугодия: «Того ради извинить меня должны те из моих сограждан, которые в истории моей усмотрят имена своих ближних, ознаменованные непричастными хвалы делами. Мне не можно инако, без потеряния имени беспристрастного историка, делать» (здесь он вновь ссылается на Цицерона). Крестинин утверждает, что в царствование просвещенной государыни Екатерины II у историков появилась возможность писать правдивую историю отечества. Сделав это, они смогут отблагодарить императрицу за счастливые перемены в жизни подданных.

Разные персонажи, пишет Крестинин, «заслужили своими действиями в Архангелогородской истории разногласную память, соединенную с похвалами и с поношениями нашего посадского народа». Он воздает должное тем своим современникам, которые, по его мнению, «защищали утесненных» и отстаивали «законные гражданские вольности» (среди них, например, Иван Исакович Фомин — отец его друга Александра Фомина). В то же время Крестинин с печалью констатирует: «В нынешнем веке наш Архангелогородский посад тем нещастлив, что в нем из главных купцов и капиталистов не было мужей добродетельных, соединяющих собственную пользу с общим благом». Первостатейные купцы, как пишет Крестинин, «озлобляли гражданство», во-первых, «насильными и пристрастными выборами», во-вторых, «злоупотреблением мирских денег». Выборы, по свидетельству Крестинина, происходили так: городские старосты собирали граждан в мирской избе, запирали их там и держали под стражей две-три-четыре недели, пока те не подпишут заранее подготовленные бумаги.

Состояние архангельского «гражданства» в XVII—XVIII веках было самым плачевным: это было «общество, обременяемое умноженными казенными службами, оскудевающее, отягчаемое поборами, изнуряемое действиями канцелярских и приказных людей». Местное начальство, как правило, представляло собой галерею тиранов и лихоимцев. Взять, например, вопрос 47: «За какие обиды началась тяжба Архангелогородского посада против майора и полицмейстера Петра Вельского и чем оная окончилась? Ответ. За ненасытное лихоимство Вельского, за лютые его против граждан вообще поступки и за бесчеловечное увечье архангелогородского первостатейного купца Николая Свешникова, измученного страшными Вельского побоями ночью, в самой полицмейстерской конторе, начал посад сию, с великим трудом приведенную к окончанию в 1764 году, тяжбу, за которою безвозвратное лишение всех чинов злонравного оного полицмейстера последовало».

Примечательно, что народ архангельский не «безмолвствовал», — посадские боролись за свои права и нередко добивались успеха. Крестинин рассказывает, например, как «мужественные, добродетельные и почтенные архангелогородские граждане Петр Григорьевич Латышев и Иван Исакович Фомин произвели многотрудным своим подвигом, с разными, за общее благо претерпенными в продолжение четырех годов напастьми, щастливое восстановление гражданския всего посада вольности», одержав победу над тиранией всесильного купца Антона Бармина.

Едва ли не главную причину всех бед и нестроений Архангельска Крестинин видит в невежестве властей. Так, он пишет: «Надлежит сказать не без огорчения, что в предреченных наших начальниках ни единого не было прямого наук любителя. Из них же один токмо ратман Пругавин обучен был арифметике». Отсутствие хороших судей и приказных Крестинин объясняет убожеством народного образования. В своей книге он не раз упоминает тогдашнего губернатора Головцына — судя по всему, тупого невежду и ретрограда. Именно Головцын, несмотря на все просьбы к нему, препятствовал Крестинину и его друзьям — членам исторического Общества — изучать городские архивы.

Описывая историю городской общины Архангельска, Крестинин устанавливает прямую связь между невежеством и несвободой: «Вопрос 29. Какое было состояние законныя гражданския свободы Архангелогородскаго посада под правлением первых бургомистров, бывших прежде основания магистратов? Ответ. Раболепное». «Вопрос 30. Что сему невольническому состоянию гражданства было причиною? Ответ. Народное невежество, явственное тем, что большая часть посада состояла тогда из неграмотных людей, и в делах гражданского правления неискусных. Исправление разума наших сограждан ведением столь было медлительно, что в Архангелогородском посаде даже до 1766 года не знали, как должно в мирских делах большинством голосов одерживать верх над силою и злобою богатых».

Главный герой Крестинина, которого он называет «гражданином», — это средней руки предприниматель, живущий между молотом и наковальней: с одной стороны на него давит государство в лице местных властей, а с другой — так сказать, «акулы бизнеса». Но из книги Крестинина видно, что его «гражданин» сознает свои права и борется за них. Как известно, Русский Север не знал крепостного права. Земледелие здесь по природным условиям не могло развиваться. Поморы — купцы и промышленники, охотники на морского зверя — вели совершенно другой образ жизни и обладали совершенно иной психологией, чем крестьянство средней полосы. Кроме того, Архангельск сделался «окном в Европу» задолго до Петербурга: здесь с конца XVI века существовал «немецкий посад», то есть поселение иноземных торговцев. Все это послужило историческими предпосылками для формирования особого типа русского человека — деятельного, относительно независимого, обладающего чувством собственного достоинства.

Необходимо отметить, что сам Крестинин всю жизнь был активным поборником гражданских прав, не раз вступал в конфликты с губернатором и «первостатейными купцами», избирался посадским старшиной (с 1769 по 1786 гг.) и заседателем в совестном суде. За «дерзкие изречения против начальствующих лиц» он (в 1795 г.) был даже арестован и приговорен к телесному наказанию с последующей высылкой в Иркутскую губернию. Только смерть избавила его от жестокой расправы.

Но Крестинин вовсе не был вольнодумцем и «фармазоном»: он не скупился на похвалы просвещенной государыне Екатерине II, «матери отечества», и отстаивал такой порядок вещей, когда «изъявляется не страх к народу со стороны власти и начальства, но человеколюбие и милость». Философия Крестинина выражена в простых и ясных словах: «Слабые обыкновенно от воли сильных зависят. Но воля человеческая, вообще одаренная свободностию, производит или добрыя, или худыя дела».
Цена: 125 000 руб.
Купить книгу

Фотографии предлагаемого издания "Краткая история о городе Архангельском". В.Крестинин. С.-Петербург, При Императорской Академии Наук, 1792 г.

`Краткая история о городе Архангельском` В.Крестинин. С.-Петербург,  При Императорской Академии Наук, 1792 г.`Краткая история о городе Архангельском` В.Крестинин. С.-Петербург,  При Императорской Академии Наук, 1792 г.`Краткая история о городе Архангельском` В.Крестинин. С.-Петербург,  При Императорской Академии Наук, 1792 г.`Краткая история о городе Архангельском` В.Крестинин. С.-Петербург,  При Императорской Академии Наук, 1792 г.`Краткая история о городе Архангельском` В.Крестинин. С.-Петербург,  При Императорской Академии Наук, 1792 г.`Краткая история о городе Архангельском` В.Крестинин. С.-Петербург,  При Императорской Академии Наук, 1792 г.`Краткая история о городе Архангельском` В.Крестинин. С.-Петербург,  При Императорской Академии Наук, 1792 г.`Краткая история о городе Архангельском` В.Крестинин. С.-Петербург,  При Императорской Академии Наук, 1792 г.`Краткая история о городе Архангельском` В.Крестинин. С.-Петербург,  При Императорской Академии Наук, 1792 г.


Другие антикварные книги в каталоге «Книги XVI - первой половины XIX веков»